Заимствованные слова в Коране

Заимствованные слова в Коране
ПО-АРАБСКИ:
المعرب

ТЕГИ:
     лексика Корана
СИНОНИМЫ:
     иностранные слова в Коране, муарраб, иностранный лексикон
СМ. ТАКЖЕ:
     лексика Корана, семантика, фо­нетические и семасиологи­че­с­кие особенности, полисемия и си­но­ни­мия, редкие слова

Вплоть до появления ислама арабская лексика развивалась главным образом за счёт больших воз­можностей для словообразования (иштика̄к) в самом языке. Внутренние области Аравии в си­лу своих географических и климатических особенностей были непривлекательными для мо­гу­щест­вен­ных империй и не представляли для них особой угрозы. Вместе с тем установление по­ли­ти­чес­ких, торговых и религиозных связей с соседними государствами не проходило бесследно для арабской лексики, и в арабском языке доисламского периода было множество заимство­ван­ных слов, получивших название му‘арраб (ар. المعرب‎).

Заимствованные слова в Коране

В наибольшей степени это касается диалектов племён, проживавших на севере и юге полу­ост­ро­ва и испытывавших политическое влияние соседних государств — Византии, Персии и Абисси­нии. Племена Центральной Аравии боль­ше пеклись о чистоте родного диалекта. Известно, что жители торговых городов отдавали малолетних детей на воспитание бе­ду­и­нам, чтобы они обу­ча­лись чистому арабскому языку и росли вдалеке от очагов болезней.

Среди заимствованных слов, которыми пользовались арабы того периода, встречаются названия домашней утвари и одежды, продук­тов питания и готовых блюд, мер длины и объёма, культовые понятия и т. д. Например, название персидской одежды из тонкой хлоп­ча­то­бу­маж­ной ткани кир­ба̄с вошло в арабский язык как наименование этого вида ткани, а торговцев ею стали называть кара̄биси. Ино­гда буквы в заимствован­ных словах заменялись путём ассимиляции или дис­си­ми­ля­ции.

Заимствованные слова приживались в диалектах арабов, видоизменялись в соответствии со словообразовательными моделями, от них образовывались новые имена и глаголы. В одних случаях причиной этого было частое употребление иноязычного слова в аравийской среде, а в других заимствованное слово указывало на особый оттенок или качество, которые оставались незамеченными в близких по значению арабских словах. В частности, по этой причине из персидского языка было заимствовано слово сукурруджа («маленькая та­релка для соленья и приправы»).

Среди богословов (улемов) нет единодушия по поводу наличия заимствованных слов в Коране. Аш-Шафи‘и и Ибн Фарис считали, что в тексте Корана нет заимствованных слов, потому что он ниспослан на «ясном арабском языке» [26:195]. Имам аш-Шафи‘и резко кри­ти­ковал тех, кто допускал наличие в Коране неарабских слов. Ибн Фарис говорил: «Если бы в нём были слова не из арабского языка, то можно было бы предположить, что арабы не могли сочинить нечто подобное ему уже только потому, что он был на неиз­вест­ных им языках».

Между тем известно, что Ибн ‘Аббас (да будет доволен им Аллах), Муджахид и другие комментаторы, истолковывая отдельные слова, называли их персидскими, древнееврейскими и т. д. Поэтому некоторые авторы говорят: «Употребление заимствованных слов не означает того, что язык Кора­на не является арабским, ведь два-три арабских слова, встречающиеся, например, в персидской касыде, не означают того, что она написана не на персидском языке». Абу Исхак ас-Са‘ляби (ум. 1035) занимает в этом вопросе крайнюю позицию и полагает, что в Ко­ра­не есть слова, заимствованные из всех современных ему языков. По мнению Ибн ‘Атийи, заимствованные слова в Коране имеют ино­языч­ную основу и были арабизированы ко времени ниспослания Корана.

Абу ‘Убайд тоже признаёт, что встречающиеся в Коране заимствованные слова были ара­би­зированы до пророка Мухаммада ; ара­бы понимали их и даже использовали в своей поэзии, вследствие чего они стали частью арабского языка. Однако, в отличие от Ибн ‘Ати­ййи, он допускает, что некоторые слова одинаково справедливо назвать, например, и арабскими, и персидскими. Развивая эту то­ч­ку зре­ния, ат-Табари, Ибн аль-Джаузи и аль-Куртуби объясняют употребление иноязычных слов в Коране тем, что они являются об­щи­ми для арабского и для некоторых других языков.

Этому мнению отдаёт предпочтение и ас-Суйути, посвятивший данной теме небольшое сочинение аль-Мухаззаб фи-ма̄ вака‘а фи-ль-К̣ур’а̄н мин аль-му‘арраб («Удаление лишнего в заимствованных словах, встречающихся в Коране»). Например, слово куб «кубок», «сосуд с округлым горлышком, без ручек и без носика» встречается в четырёх аятах во множественной форме аква̄б. Это слово имеет одинаковое значение в арабском, арамейском и набатейском языках. В арабском языке от него образованы, например, глагол كَابَ [ка̄ба] («пить из такого сосуда») и слово كُوبَةٌ [кӯбат̈] («маленький барабан»). Слово сифр («большая книга») употребляется в таком значении и в ассирийском и набатейском языках. В то же время оно является исконно арабским и образовано от глагола أَسْفَرَ [асфара] («сиять», «об­наруживать»). Такое название связано с тем, что книги проливают свет на сокрытые в них знания.

Между улемами нет разногласий в том, что встречающиеся в Коране имена некоторых ангелов и доисламских пророков являются ара­би­зи­рованными. В то же время большинство из них имеют очевидную основу и в арабском языке. Например, имя Исха̄к на древне­ев­рей­ском языке означает («засмеётся»). В арабском языке слово «смеющийся» имеет близкую фонетику: д̣а̄х̣ик или д̣ах̣х̣а̄к. Имя Йа‘куб соответствует словообразовательной модели يَفْعُوْل [йак̣‘ӯль] и может быть возведено к глаголу عَقَبَ [‘ак̣аба] («следовать», «идти вслед»). Улемы связывают происхождение этого имени со смыслом аята «Тогда Мы сообщили ей радостную весть об Исхаке (Исааке), а вслед за Исхаком — о Йа‘кубе (Иакове)» [11:71]. В древнееврейском языке это имя имеет такое же значение, но комментаторы Библии объ­яс­ня­ют его происхождение тем, что Иаков родился после Исава. Одним словом, эти имена нельзя назвать в полной мере неараб­ски­ми.

Некоторые исследователи выдвигают гипотезу о том, что коранические слова, считающиеся заимствованными, проникли в языки со­сед­них народов из древнеарабского диалекта, а потому в принципе являются исконно арабскими. Это мнение основано на му­суль­ман­ской традиции, согласно которой Адам (мир ему) и Хавва, находясь в небесном раю, говорили на арабском языке. За годы пре­бы­ва­ния на Зе­мле их язык постепенно трансформировался в ассирийский. Из аравийских преданий следует, что язык йеменского племени химьяр стал сближаться с древнеарабским диалектом со времён Йа‘руба ибн Кахтана (легендарный предок чистокровных арабов).

Восстановление чистого арабского языка мусульманская традиция связывает с более поздним периодом, с именем пророка Исма‘иля (Измаила) (мир ему), сына Ибрахима (Авраама). В достоверном хадисе, приведённом Абу Бакром аш-Ширази в его сочинении Алька̄б ар-ри­джа̄ль, говорится: «Первым, кто заговорил на ясном арабском языке, был Исма‘иль, и тогда ему было четырнадцать лет».

Шихаб ад-дин аль-Алуси (ум. 1854) в своём тафсире прямо заявляет, что язык Корана — это древнеарабский диалект. На это указывает и то, что в Коране встречаются слова, практически вышедшие из употребления к эпохе его ниспослания. К таковым относится, на­при­мер, слово фум в аяте «… овощи, огурцы, чеснок, чечевицу и лук» [2:61]. Некоторые комментаторы считали, что оно означает ثُومٌ [с̱ӯм] («чеснок»), а звук [с̱] в нём изменился на [ф]. С подобной заменой мы встречаемся и в словах جَدَثٌ [джадас̱] и جَدَفً [джадаф], оз­на­ча­ю­щих «могила», однако это очень редкое явление для арабского языка. Поэтому большинство считает, что фум означает «пшеница», «хлеб». В таком значении оно использовалось в древнеарабском диалекте, и от него были образованы глагол فَوَّمَ [фаввам] («печь хлеб») и слово فُومَةٌ [фӯмат̈] («колос»).

На наш взгляд, кораническая лексика вполне могла содержать слова из древнеарабского диалекта, которые проникли в классический арабский из языков соседних народов — персидского, арамейского, древнееврейского, набатейского, коптского и др. Некоторые ус­мат­ри­ва­ют в этом указание на всеобщность коранического послания и на то, что Коран разъясняет основы важнейших вещей и явлений, содержит повествования о древних народах и о будущем человечества.

Шафи‘итский кади Шамс ад-дин аль-Хои (ум. 1240) объясняет наличие заимствованных слов в Коране тем, что во всём арабском языке нет более выразительных слов, которые подходили бы для соответствующих аятов. Например, встречающееся в Коране слово ис­та­брак («парча», «толстая шёлковая ткань») образовано от персидского слова истабрах. Некоторые связывают его этимологию с гла­го­лом بَرَقَ [барак̣а] («сверкать»), однако это неверно, так как начальная хамза в слове истабрак разделительная. Это одно из немногих слов в Коране, которое, по мнению большинства улемов, не имеет арабской основы. И в этом нет ничего удивительного, ведь арабы уз­на­ли о шелках от персов и в диалектах арабского языка не было отдельного слова, означающего «толстая шёлковая ткань». Со вре­ме­нем заимствованное слово прочно вошло в арабскую речь и к началу пророчества Мухаммада получило широкое рас­про­стра­не­ние среди жителей пустыни.

Семантика ряда слов, относящихся к заимствованным, в арабском и в других языках различна. Например, слово хава̄ри («апостол») на языке набатеев означает («купающий», «очищающий»). Существует мнение, что апостолы ‘Исы (мир ему) были названы так потому, что очи­ща­ли души людей своими рассказами о религии. В то же время арабы обычно употребляют его в значении «помощник». Из до­сто­вер­ных хадисов известно, что пророк Мухаммад назвал аз-Зубайра ибн аль-‘Аввама своим апостолом, то есть по­мощ­ни­ком.

Интересно различие между семантикой древнееврейского слова eden, означающего библейский Эдем, и близкого по форме арабского слова ‘адн, которое употребляется в Коране как эпитет райских садов. Согласно комментаторам Ветхого завета, древнееврейский ва­ри­ант восходит к глаголу «радоваться», «наслаждаться» или глаголу «вызывать чувственное желание». Между тем арабское слово ‘адн («постоянство», «устойчивость») указывает на то, что рай станет обителью праведников навечно. Таким образом, фонетическая бли­зость библейских и коранических понятий не всегда предполагает тождественность их значений.

В европейской науке господствует мнение, что арабский является одним из позднейших семитских языков. Аргументом в пользу этого называют, в частности, высокий уровень развития классической арабской грамматики. Руководствуясь этим, западные исследователи говорят о заимствовании многих арабских слов. Например, Г. Бергштрессер указывает на арамейское происхождение таких слов, как عَبْدٌ [‘абд] («раб»); عَالَمٌ [‘а̄лям] («мир», «творение»); بَابٌ [ба̄б] («дверь»); زَيْتٌ [зайт] («масло»); زَكَاةٌ [зака̄т̈] («очищение»); زَجَاجٌ [заджа̄дж] («стекло»); قَيُّومٌ [к̣аййӯм] («вседержитель»); قِسْطٌ [к̣ист̣] («справедливость»); كِتَابٌ [кита̄б] («книга», «писание»); كُفْرٌ [куфр] («неверие»); مَدِيْنَةٌ [мадӣнат̈] («город»); مَرْجَانٌ [марджа̄н] («кораллы»); رَحْمنٌ [рах̣ма̄н] («милостивый»); رُمَّانٌ [рума̄н] («гранаты»); سَاعَةٌ [са‘а̄т̈] («час», «промежуток времени»); سَبِيْلٌ [сабӣль] («дорога»); سَكِيْنَةٌ [сакӣнат̈] («спокойствие»); صَّلاةٌ [с̣аля̄т̈] («молитва»); صِيَامٌ [с̣ийа̄м] («пост»); سِكِّيْنٌ [сикӣн] («нож»); سُوْقٌ [сӯк̣] («рынок»); سُلْطَانٌ [султ̣а̄н] («власть»); تَفْسِيْرٌ [тафсӣр] («истолкование»); تَوْبَةٌ [таўбат̈] («покаяние»); أُمَّةٌ [уммат̈] («община», «некоторое время»); فُرْقَانٌ [фурк̣а̄н] («различение»); خَمْرٌ [х̮амр] («вино»); خَاتَمٌ [х̮а̄там] («печать») и др.

На наш взгляд, убедительных доводов в пользу неарабского происхождения этих слов нет. Более взвешенным представляется мнение о том, что они являются общими для ряда семитских языков. Во-первых, многие из перечисленных слов гораздо чаще используются в классическом арабском, чем в любом другом семитском языке. Во-вторых, словообразовательный ряд этих слов в арабском значи­тель­но больше, чем в других языках, что, по мнению ряда исследователей, также указывает на их арабское происхождение.

Таким образом, изучение заимствованных слов имеет большое значение не только для истолкования Корана, но и для лучшего пони­ма­ния истории арабского языка как доисламского, так и исламского периодов. Исследования в этой области не ограничиваются семанти­чес­ким и этимологическим анализом слов и выражений — они позволяют понять логику текста и способы отражения в нём действи­тель­нос­ти, открывают перед нами новые горизонты в постижении коранических наук. Именно поэтому лексикография занимает важ­ное место в исламской текстологии и на протяжении многих столетий развивается усилиями как теологов, так и востоковедов.

Примечания

Литература

Использованная литература
Дополнительная литература
  • A. Rippin, Foreign Vocabulary // Encyclopaedia of the Qurʾān. — Leiden : E. J. Brill, 2002. — Vol. II (E—I). — P. 226. (англ.)
  • Foreign Words of the Qurʾān // Integrated Encyclopedia of the Qurʾān. — Sherwood Park: CIS, 2013—2019. — Vol. III (E—H). (англ.)

Информация о статье

  • Автор: Редакция сайта; E-mail: feedback@quranacademy.org.
  • Библиографическая ссылка: Заимствованные слова в Коране [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2020 г.
  • URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/Muarrab
  • Дата первой публикации: 26 марта 2020 г.