Рассказы

Рассказы
ПО-АРАБСКИ:
قصص

В КОРАНЕ:
     3:62; 7:176; 12:3; 12:111; 18:64; 28:25
ТЕГИ:
     рассказы
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА:
     истории, хроники, повесть, повествования
СМ. ТАКЖЕ:
     притчи, клятва, история

Расска́зы (ар. قصص [к̣ас̣ас̣]‎) — истории о древних народах, предыдущих пророчествах и со­бы­ти­ях, про­изо­шедших при жи­з­ни пророка Мухаммада .[⇨] Коранические рассказы можно раз­делить по содержанию и ком­позиционным осо­бен­нос­тям.[⇨] Художественные и содержательные осо­бен­нос­ти рассказов во многом определяются тем, что исторические события выступают в них как средство вы­ра­же­ния целей божественного послания.[⇨] С точки зрения мусульманского бо­го­словия, коранические рассказы являются достоверными в историческом плане. Противопо­лож­ная по­зи­ция в мусульманской среде получила распространение в середине XX века.[⇨]

Значение рассказов

Подробнее: Значение рассказов
Рассказ как один из популярных прозаических жанров занимает важное место в ли­те­ра­ту­ре мно­гих народов. Истории о древних городах и населявших их народах часто встречаются в Коране. Наставления в форме рассказов считаются более эффектив­ны­ми, чем учеб­ные и фи­ло­софские тексты. В них просле­жи­вается судьба этих народов и посланных к ним пророков, содержатся опи­сания отдельных эпи­зо­дов из их жизни.

Не углубляясь в незначительные подробности и переступая границы про­с­т­ра­н­ст­вен­но-времен­ных ограничений, коранические рассказы проливают свет на важнейшие стра­ни­цы духовной ис­то­рии, затерявшиеся в глубине веков и едва сохранившиеся в памяти че­ло­ве­че­с­тва. Рисуя кар­ти­ны древ­него мира и воссоздавая события давно минувших дней, они ут­вер­жда­ют вечные истины и непреходящие цен­ности, прослеживают долгий и тернистый путь ду­хов­ных ис­каний человека. Этим и объясняется то, что исто­ри­че­ские повество­ва­ния в Коране по­лу­чи­ли название кас̣ас̣.

Слово кас̣ас̣ означает «последовательное, основанное на фактах изложение какого-либо свершившегося события». Близким по значе­нию является слово кис̣с̣а (ар. قِصَّةٌ — «история», «рассказ»‎). Они не используется в отношении вымышленных, нереальных историй, потому что этимологически восходят к слову кас̣с̣ (ар. قص — «следование по пятам»‎). В таком значении слово кас̣ас̣ использовано, на­пример, в аяте «…и они вернулись назад по своим следам» [18:64]. Однокоренное слово кисас «месть» приобрело такое значение, по­то­му что возмездие следует за преступлением. Кас̣ас̣ в Коране — это истории о древних народах, предыдущих пророчествах и со­бы­ти­ях, произошедших при жи­з­ни пророка Мухаммада .

Согласно мусульманской традиции, сюжеты коранических рассказов почерпнуты из истории. Они не похожи на хроники, лето­пи­си или художественные произведения, а их значение определяется общими целями откровения. Рассказы побуждают к совершению добрых поступков, припод­ни­ма­ют завесу над многими тайнами истории, помогают вникнуть в суть событий сегодняшнего дня. Несмотря на значительное сходство с библейскими сказаниями, рассказы о пророках в Коране выделяются композиционными и содер­жа­тельными особенностями. Общность коранических и библейских сказаний делает исторические и археологические подтверждения библейской истории актуаль­ны­ми и для мусульман.

Коранические рассказы содержат назидания и поучения, играют важную роль в духовном воспитании му­су­ль­ман. В них подчёр­ки­ва­ет­ся превосходство нравственных добродетелей, проповедуется важность уважительного отношения к чело­веку, независимо от его взгля­дов и убеждений. Восстанавливая связь времён, они укрепляют веру в добро и торжество справедли­во­с­ти, во­с­пи­тывают че­ло­ве­ко­лю­бие, терпимость, целеустремлённость. В них не просто описываются жиз­нен­ные ситуации, но вскрывается мотивация тех или иных поступков, разъясняется ценностный выбор людей. Благодаря этому расска­зы по­зволяют взглянуть на события прошлого глазами их участников, пережить событие вместе с ними и извлечь из этого полезные вы­­во­ды.

Содержащиеся в рассказах проповеди и диалоги — прекрасное пособие не только для молодых людей, но и для воспитателей и педа­го­гов. Построенные по принципу от простого к сложному, они содержат разные приёмы дидактики, аргументации и убеждения. Они учат сосредотачиваться на основных вопросах, принимать во внимание психологическое состояние аудитории, не упускать из виду ма­лей­шие изменения в её поведении. А поскольку интерес к поучительным историям проявляют люди всех возрастов, они могут ис­поль­зо­вать­ся на любых уровнях обучения. В силу своей очевидной значимости для понимания мусульманского вероучения рассказы на протяжении многих веков остаются в цен­тре внимания знатоков тафсира и других учёных-богословов (улемов).

Виды рассказов в Коране

Подробнее: Виды рассказов в Коране
Коранические рассказы (каcаc) можно разделить по содержанию и композиционным осо­бен­нос­тям.

В зависимости от содержания коранические рас­сказы (каcаc) можно разделить на три группы: рассказы о пророках и древних народах, к которым они были посланы; рассказы о древних на­ро­дах, городах и личностях, которые не были пророками; рассказы о событиях из жизни пророка Му­хам­мада и его современников.

Другая классификация рассказов основана на их композиционных особенностях. Одни каcаc пред­ставляют собой короткие рассказы, в которых все действия разворачиваются вокруг одного гла­в­ного события, другие — развёрнутые повествования, в которых эпизоды сме­няют друг друга, а тре­тьи — короткие фрагменты, не отличающиеся сюжетным движением. Короткие рассказы из раз­ных сур до­пол­няют друг друга, однако ни один из этих рассказов не повторяет другой полнос­тью. Напро­тив, каждый из них содержит новые по­дроб­ности из его жизни, раскрывает глубинные черты его характера, уточняет особен­нос­ти его учения и проповедей. Собранные во­е­ди­но эти рас­сказы при­об­ре­та­ют форму целостного и законченного повествования, в основу которого положена идея поклонения од­но­му Алла­ху. Отдельные короткие рассказы имеют форму диалога или монолога. В них наглядно описываются методы проповед­ни­чес­кой дея­тель­нос­ти, разъясняются характер и содержание проповедей, простота и убедительность коранических аргумен­тов.

Некоторые каcаc целиком описаны в одной суре (например, история о праведнике Зу аль-Карнайне или о богаче Каруне) и не повто­ря­ют­ся в других местах. По мнению комментаторов Корана, в этих случаях одного упоминания вполне достаточно для достижения целей от­кро­ве­ния. Примером развёрнутого повествования является история пророка Йусуфа (Иосифа) (мир ему), которая целиком изложена в од­но­имён­ной су­ре. Наряду с каcаc, характеризующихся смысловой завершённостью, встречаются и фрагменты, не от­ли­ча­ю­щи­е­ся сю­жет­ным движением и завершённостью. Обычно они дополняют рассказы, приведённые в других сурах, содержат упо­ми­на­ния о событи­ях из жизни пророков или указывают на оказанные им милости. В некоторых сурах такие фрагменты следуют после ко­ротких расска­зов о дру­гих пророках (например, 19:51-57).

Особенности коранических рассказов

Подробнее: Особенности коранических рассказов
Коранические рассказы отличаются от форм эпического повествования, характерных для ли­те­ра­тур­ных традиций как Востока, так и Запада. Их художественные и содержательные осо­бен­нос­ти во многом определяются тем, что исторические события выступают в них как средство вы­ра­же­ния целей божественного послания.

Центральное место в рассказах занимают не отдельные личности или факты, а убе­ж­де­ния, нра­вы и обычаи людей. Рассказы редко со­дер­жат подробности и описания, связывающие их с конкретной эпохой или страной. Комментаторы объясняют это тем, что затра­ги­ва­емые в них проблемы не теряют своей актуальности с прошествием времени. В них отсутствуют даты исторических событий, нередко опус­каются названия местностей и имена персонажей. Внимание слушателя сосредотачивается лишь на тех частностях и событиях, ко­то­рые подчёрки­вают главную цель повествования. По­э­то­му следующие друг за другом эпизоды нередко отделе­ны значительны­ми вре­­менны́ми промежутками.

Одна из важнейших особенностей рассказов — их повторение в разных сурах. Известно, что непрерывное повествование порой ме­ша­ет сосредоточиться на ключевых эпизодах рассказа и сделать необходимые выводы. Благодаря разделению повествования на от­дель­ные эпизоды, напротив, удаётся чётко обозначить его цели и добиться максимальной концентрации слушателей. В Священном Коране одна и та же история встречается в разных сурах, иногда в краткой форме, а иногда — в подробном изложении. Отдельные эпизоды рассказов повторяются в разных местах Корана, но ни­ко­г­да в одной и той же суре. Повторы — эффективный дидактический приём, способствующий наилучшему усвоению материала, од­на­ко неоднократное напоминание о чём-то незначительном быстро наскучивает и даже вызывает раздражение. Если же какая-либо идея представляет особую важность, то повторение её встречается с живым интере­сом. Коранические повторы, различа­ю­щиеся по стилю и темпу, не утомляют слушателей, а напротив, подчёркивают неповтори­мое кра­с­но­ре­чие Корана. Они выделяют от­дель­ные со­бы­тия и поступки, побуждая к размышлению над ними.

Персонажи рассказов не просто исторические личности. Это воплощения абстрактных качеств, определяющих отношение человека к духовным ценностям и идеалам. Рисуя их словесные портреты, Коран в одних случаях раскрывает черты характера, а в других — опи­сывает их поведение. Для коранических описаний характерна объёмность, позволяющая взглянуть на события в разных перспекти­вах. Язык рассказов колоритен и живописен, полон метких сравнений и образных выражений. Описания природных явлений и реаль­ных си­туаций, которые легко представить и которые были хорошо знакомы жителям пустыни, придают кораническим рассказам до­пол­ни­тель­ную силу и выразительность.

Прямая речь в рассказах встречается чаще, чем косвенная, поскольку именно прямая речь предполагает точность передачи лексико-фра­зеологических и интонационных особенностей высказывания. Нередко прямая речь прерывается замечаниями, в которых по­яс­ня­ет­ся мотивация говорящего или даётся этическая оценка его поступкам. Вместе с тем слушателя не покидает ощущение не­до­ска­зан­нос­ти чего-то важного, и он продолжает размышлять над историей и заключёнными в ней выводами. Эффект недосказанности обычно создаётся благодаря опущению отдельных синтаксических конструкций, которые подразумеваются из контекста. В других случаях по­с­тупки или слова настолько неожиданные и на первый взгляд несвязные, что их значение ста­но­вит­ся ясно только из комментариев.

Рассказы придают букве религиозного закона художественную привлекательность и неповторимость. Благодаря большому арсеналу ли­тературных средств рассказы заставляют читателя сопере­жи­вать своим героям и постепенно приводят его к пониманию истинности тех идеалов, которые отстаивали Божьи пророки и их по­сле­до­ва­те­ли. Они раскрывают слабости и недостатки человеческой души, учат избавляться от них и стремиться к прекрасным идеалам, пред­став­ля­ю­щим собой непреходящую ценность.

Историчность коранических рассказов

Подробнее: Историчность коранических рассказов
С точки зрения мусульманского богословия, коранические рассказы являются достоверными в историческом плане. Это суждение ос­но­вывается на аятах, указывающих на правдивость рас­ска­зов, как и любых других коранических утверждений (например, 18:13 и 28:3). Противопо­лож­ная по­зи­ция в мусульманской среде получила распространение в середине XX века.

Большой резонанс вызвала книга аль-Фанн аль-каcаcи фи-ль-Кур’а̄н аль-карим («Жанр рассказа в Священном Коране») египетского исследователя Мухаммада Халяфаллаха. В работе отстаивается гипотеза о том, что рассказы в Коране основаны на сведениях, из­ве­ст­ных современникам пророка Мухаммада, которые были подвергнуты художественной обработке. Основной посылкой для та­ко­го вы­во­да стало мнение исследователя о том, что Коран якобы ни разу не опровергает слова языч­ни­ков, называвших его аса̄тир аль-авва­лин («легендами древних народов»). Халяфаллах объясняет художественный вымысел в Коране тем, что Мухаммад рассказы­вал ис­то­рии о древних народах не по сво­е­му желанию, а в ответ на требования мекканцев. Язычники, желая убедиться в его правди­во­с­ти, рас­спра­шивали иудеев о жизни би­б­лей­ских пророков, и Мухаммад якобы был вынужден пересказывать эти истории сообра­з­но ус­лы­шан­ному ими, чтобы не дать им повода усом­нить­ся в своей правдивости. Это утверждение неверно.

Правдивость коранических рассказов ставит под сомнение и египетский писатель и литературовед Таха Хусайн (ум. 1973). В своей кни­ге Фи-ш-ши‘р аль-джа̄хили («О доисламской поэзии») он допускает, что упомянутые в Коране и других священных книгах пер­со­на­жи бы­ли вымышлены ради достижения религиозных или политических целей. Вполне естественно, что взгляды Тахи Хусайна тоже были негативно восприняты в мусульманском мире. Целый ряд исследователей посвятили отдельные труды анализу его воз­зре­ний. На наш взгляд, известный писатель не только обосновывает свои выводы сомнительными аргументами, но и оставляет без вни­ма­ния об­сто­ятельства, ослабляющие его позицию. Тем не менее, в работах Тахи Хусайна и Мухаммада Халяфаллаха использованы но­вые ме­то­до­логические принципы, которые могут быть полезны для переосмысления мусульманской традиции.

Следует отметить, что критическое отношение к достоверности коранических рассказов во многом инспирировано трудами вос­то­ко­ве­дов (Дж. Тримингэм, У. Сент-Клэр Тисдалл), в основе которых лежит концепция заимствования рассказов из библейской традиции и ара­вийских преданий. Мы должны признать, что исторических и археологических свидетельств о том, какие легенды бытовали в Цен­тра­ль­ной и Южной Аравии в доисламский период, крайне мало. Сведения о религиозных представлениях иудео-христианских об­щин, проживавших в этих областях, тоже крайне ограниченны. Более того, значительная часть имеющихся на этот счёт сведений опи­ра­ет­ся на источники исламского периода, к которым западная наука относится с известной осторожностью. Поэтому все попытки ус­та­но­вить факт заимствования, предпринятые до сегодняшнего дня, ограничиваются констатацией наличия общих мест в библейских и ко­ра­ни­чес­ких сказаниях и оригинальными гипотезами, лишёнными убедительной аргументации. Не случайно российский востоковед Е. Рез­ван признаёт, что прямые источники заимствования коранических сюжетов и притч не обнаружены.

На наш взгляд, отношение к кораническим рассказам и их персонажам — это предмет веры, а не исторической науки. Коран не пре­тен­ду­ет на то, что подлинность рассказов будет подтверждена историческими документами и научными фактами. Напротив, эти рассказы считаются частью того сокровенного знания, которое люди узнают только через Божьих посланников: [12:102]. Исследования древних надписей и манускриптов могут подтвердить лишь факт существования и исчезновения древних городов и ци­ви­ли­за­ций. Между тем в рассказах ударение делается на верования и нравы исчезнувших народов, а постигшая их участь связывается с со­бы­ти­я­ми, которые в любом случае будут расцениваться исключительно как религиозная традиция.

Подводя итог обсуждению данной темы, необходимо сказать, что рассказы в Коране представляют собой самостоятельный жанр, да­ю­щий целостное представление о литературных особенностях Корана. Их изучение имеет большое значение для развития срав­ни­тель­но­го религиоведения и для понимания основ исламской гомилетики и экзегетики. Применение методов литературной критики к тексту Ко­ра­на пока не получило достаточно широкого распространения. Тем не менее в имеющихся немногочисленных работах по данной про­бле­ма­ти­ке уже очерчены контуры перспективного направления в современном корановедении. Оно не только позволяет исследо­вать сти­ли­сти­ческие тонкости языка Корана, но и может стать основой для сближения теологического и востоковедческого подходов к изучению священного текста.

Примечания

Литература

Использованная литература
  • Э.Р. Кулиев, Рассказы в Коране // Корановедение: Учебное пособие / Э.Р. Кулиев и М.Ф. Муртазин. — М. : Изд-во МИУ, 2010. — С. 190-201. (рус.)
Дополнительная литература
  • Chronicles of the Qurʾān // Integrated Encyclopedia of the Qurʾān. — Sherwood Park: CIS. — Vol. I (Bea—D). (англ.)
  • C. Gilliot, Narratives // Encyclopaedia of the Qurʾān. — Leiden : E. J. Brill, 2003. — Vol. III (J—O). (англ.)
  • Ch. Pellat, Ch. Vial, B. Flemming, F, İz, L.P. Elwell-Sutton, J.A. Haywood, A.H. Johns, J. Knappert and H. Zafrani, Ḳiṣṣa // Encyclopaedia of Islam, Second Edition. — Leiden : E. J. Brill, 1986. — Vol. V (Khe—Mahi). (англ.)

Информация о статье

  • Автор: Редакция сайта; E-mail: feedback@quranacademy.org.
  • Библиографическая ссылка: Рассказы [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2020 г.
  • URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/Qasas
  • Дата первой публикации: 11 апреля 2020 г.