Русская литература

Интерес к исламу в ранней русской литературе формировался в ус­ло­ви­ях непростых вза­имо­от­но­ше­ний русских княжеств с Золотой Ор­дой, а впоследствии — с образовав­шимися после её рас­па­да та­тар­ски­ми хан­ствами. До 16 века упоминания о Коране на Руси встре­ча­ют­ся глав­ным об­ра­зом в переводах византийских и латинских бого­слов­ских со­чи­нений. Наиболее ранние сла­вян­ские пересказы трудов, так или ина­че касаю­щиеся мусульманской веры, относятся ко второй полови­не 9 ве­ка.

Средневековье

Фрагментарные сведения о жизни пророка Мухаммада ﷺ были доступны уже в се­ре­ди­не 11 века, когда на славянский язык были переведены Хроники византийского ле­то­пис­ца Георгия Амартола (9 в.). В 13 веке на Руси появился перевод трактата О ере­сях философа и полемиста Иоанна Дамаскина (8 в.), служившего при дворе Омейя­дов. Одна из глав этого трактата (при­чём довольно обширная) посвящена разъясне­нию му­сульманского вероучения, норм шари‘ата и некоторых аспектов хрис­тианско-му­суль­манской полемики. В 16 веке был переведён по­ле­ми­чес­кий трактат Разговор хрис­тиа­нина с сарацином, который некоторые авторы тоже приписывают Иоанну Дамас­ки­ну.

А. Никитин, Хождение за три моря.
А. Никитин, Хождение за три моря.

Особняком стоят путевые записи тверского купца-мирянина Афанасия Никитина (ум. 1472 или 1474), известные под названием Хождение за три моря. Автор не демонстри­рует глубоких зна­ний о мусульманском законе, но делится своими впечатлениями от шестилетнего странствия по городам Кавказа, Персии, Индии, Турции, Эфиопии и Ара­вии. В его записях привлекают вни­ма­ние многочисленные арабские, персидские и ту­рец­кие выражения, иногда сопровождаемые пе­ре­во­дом на русский язык, а также мо­лит­вы, содержащие мусульманские формы воз­ве­ли­чи­ва­ния, но обращённые к Иису­су Хрис­ту (‘Исе (мир ему)).

В 16 веке обостряется политическое противостояние между Московским княжеством и та­тар­ски­ми ханствами, и это отражается на настроениях христианских полемистов. Хотя в ли­те­ра­ту­ре бо­лее раннего периода ислам тоже оценивается как ересь и не­по­треб­ное веро­исповеда­ние, а Му­хам­мад ﷺ вместе с его последователями мно­го­крат­но предаются анафеме, первые от­кро­вен­но враждебные сочинения об исламе при­над­ле­жат перу Максима Грека (ум. 1556). В своих работах он рассматривает проблемы вза­имоотношения православных и мусульман, защищает хри­сти­ан­ское вероучение и кри­тикует мусульманские обряды. Опираясь на сказания о Мухаммаде ﷺ, бы­то­вав­шие в средневековой Европе, он создаёт далёкий от действительности образ ислам­ско­го Про­рока ﷺ. Вместе с тем его отношение к мусульманам вполне адекватно тем пред­став­ле­ни­ям об исламе, которые существовали на Руси вплоть до 18 века.

Ложные сведения о Коране и мусульманском предании мы встречаем и в трактатах Labędz (1679) и Alkoran (1683) польского публициста, архимандрита И. Галятовского (ум. 1688). Проникнутые идеями патриотизма и славянского единения, его труды были весьма востребованы в свете объ­е­ди­не­ния европейских государств в борьбе против Османской Турции.

Д. Кантемир, Книга Систима, или Состояние мухаммеданския религии.
Д. Кантемир, Книга Систима, или Состояние мухаммеданския религии.

Новое время

После развенчания мифа о непобедимости османов российские государи обратили свои взоры на Крым и на Кавказ. Появился неподдельный интерес к мусульманским традициям и об­ще­ст­вен­ным устоям, который не могли удовлетворить богословские трактаты, основанные на лживых пе­ре­ска­зах и сфабрикованных преданиях.

В петровскую эпоху были выполнены сразу два перевода Корана на русский язык — оба с фран­цуз­ско­го перевода Андре дю Рие. В 1722 году вопреки сопротивлению Си­нода по рас­по­ря­же­нию Петра I была опубликована Книга Систима, или Состояние му­хаммеданския религии, пе­ре­ве­дён­ная с латинского языка князем Д. Кан­те­ми­ром (ум. 1723).

В первой половине 18 века киевский монах Василий Григорович-Барский (ум. 1747) совершил паломничество в Рим, а оттуда — на Святую землю, сохранив в своих пу­те­вых заметках ценные зарисовки и сведения о культурной и религиозной жизни в Па­лес­тине, в Сирии, в Египте и на Балканах. Впервые его записи были собраны целиком и опубликованы в Санкт-Петербурге в 1788 году.

В. Г. Григорович-Барский, Описание странствования Василия Гри­го­ро­вича Киевского и того же самого списанное, которое началось года 1723, совершилось же в 1747.
В. Г. Григорович-Барский, Описание странствования Василия Гри­го­ро­вича Киевского и того же самого списанное, которое началось года 1723, совершилось же в 1747.

С проникновением в Россию идей романтизма и французских переводов восточных сказок от­но­ше­ние к мусульманской культуре стало меняться. В русской литературе оставляют заметный след поэты и прозаики, имеющие татарское происхождение, в том числе выдающий пред­ста­ви­тель русского классицизма Г. Державин (ум. 1816). Он ро­дил­ся в окрестностях Казани и про­ис­хо­дил из рода татарских мурз. В своей элегии Ар­фа поэт передал глубокое чувство любви и при­вя­зан­но­сти к родным краям, а его слова «Отечества и дым нам сладок и приятен» превратились в поговорку, которая пов­то­ря­ет­ся в сочинениях А. Грибоедова (ум. 1829), Ф. Тютчева (ум. 1873), П. Вя­зем­ско­го (ум. 1878) и др. Идеи бесконечности пространства и растворения в Боге, воспетые Г. Дер­жа­ви­ным в оде Бог, явно противоречат православному миро­восприя­тию и блики к ме­­та­­фи­зи­чес­ким взглядам мусульманских мистиков.

С развитием научного востоковедения сближение с мусульманским Востоком стало типичным для русской литературы. В 1818 году в Императорской Академии наук был основан Азиатский музей, спустя ещё несколько лет появляются первые научные тру­ды по истории Востока и вос­точ­ным языкам. В столичных журналах печатаются очерки об исламе и мусульманской культуре, переводы персидских касыд и газелей. В 1824 го­ду в журнале Полярная звезда публикуется про­за­и­чес­кое сочинение с по­эти­чес­ки­ми встав­ками Витязь буланого коня востоковеда И. Сен­ков­ско­го (ум. 1858).

В том же году А. Пушкин (ум. 1837) создаёт свой бессмертный цикл из девяти стихо­творений Подражания Корану. Вдохновлённый прочтением перевода Корана, выпол­ненного М. Ве­рев­ки­ным в церковнославянском стиле, он использует художествен­ный потенциал арабского па­мят­ни­ка для выражения собственных душевных переживаний. Стихотворения, в которых за­пе­чат­ле­ны фрагменты из тридцати трёх коранических сур, передают не только пафос священной книги, но и злободневность воспетых в ней иде­алов. Большой отпечаток на творчестве А. Пушкина оставили его поездки на Кавказ в 1820 и 1829 годах. Восторгаясь величием гор и обычаями кавказских народов, поэт снова и снова обращается к му­суль­манским образам в поэмах Кавказский пленник (1820—1821) и Бахчисарайский фонтан (1821—1823), в стихо­творе­ни­ях Про­рок (1826), Та­ли­с­ман (1827), Из Гафиза (1829) и др.

Яков Полонский.
Яков Полонский.

Восточная проблематика занимает особое место в творчестве М. Лермонтова (ум. 1841). За­ду­мы­ва­ясь над образами Востока и Запада, он пытается найти в них истоки русской культуры и от­ве­тить на мучащий его современников вопрос о судьбах России. Одна из главных черт восточного характера, на которой великий классик акцентирует внимание, — фатализм. Это отчётливо вид­но, например, в рассказе Ашик-Кериб (1837) и в стихотворении Три пальмы (1838). Однако, как полагает М. Лермонтов в своём Споре (1841), последователям Пророка ﷺ остаётся лишь вос­пе­вать дела отцов и почить возле фонтанов, потому что на смену «дряхлому Востоку» идёт во­ин­ст­вен­ная и ре­ши­тель­ная Россия.

В послепушкинскую пору увлечённость историей ислама и восточной поэзией были, с одной стороны, следствием устремлённости к целостному, гармоничному восприятию мира, которое русские мыслители находили в мусульманской философии, а с другой стороны — попыткой через призму чужих ценностей критически взглянуть на соб­ст­вен­ное наследие. О роли ислама в арабо-мусульманском возрождении пишет в своих лек­циях по всемирной истории Н. Гоголь (ум. 1852). Духовные искания человека, отк­рыв­шего в себе пророка, описываются в поэме Магомет Я. Полонского (ум. 1898).

Афанасий Фет.
Афанасий Фет.

Драматическая судьба М. Лохвицкой (ум. 1905) перекликается с сюжетом её поэмы На пути к Востоку, персонажи которой заимствованы из коранического сказания о царице Савской. Мир средневекового мистика открывается в цикле стихотворений Из Гафиза поэта и переводчика А. Фета (ум. 1892) — в их основу легли немецкие подражания пер­сидскому мистику Хафизу. Ко­ра­ни­чес­кие сюжеты, осмысленные И. Буниным (ум. 1953) в ходе его путешествий по Бли­ж­не­му Востоку, вдохновили его на создание сти­хот­во­ре­ний Ковсерь (аль-Каусар), Ночь Аль-Кадра (Ночь аль-Кадр), Тэм­джид и др.

Иван Бунин.
Иван Бунин.

Во второй половине 19 — начале 20 веков появляется целый ряд критических ис­сле­до­ваний по истории и вероучению ислама, подготовленных в казанской школе вос­то­ко­ведения. Выпускник Московской духовной академии Н. Боголюбский (ум. 1918) написал диссертационную работу на тему «Ислам, его происхождение и сущность по сравнению с христианством» (Самара, 1885). Внимание православных священников к исламу было вызвано прежде всего необходимостью ведения миссионерской дея­тель­ности среди мусульманского населения Российской империи. С другой стороны, церковные отцы весьма ревностно относились к растущему интересу к исламу и личности Мухаммада ﷺ со стороны русских просветителей.

Так, с восхищением пишет об исламе философ-публицист П. Чаадаев (ум. 1856). В своих Фи­ло­со­фи­чес­ких письмах он выступает против придания мусульманам образа «ес­тест­вен­ных вра­гов» христианства и выражает уверенность в том, что в будущем на Магоме­та будут смотреть «как на благодетельное существо, кто всего более способствовал осуществлению плана бо­же­ст­вен­ной мудрости для спасения рода человеческого».

Религиозный философ В. Соловьёв (ум. 1900) в книге Магомет, его жизнь и религиозное учение, проанализировав характер проповеди и политические решения исламского Про­рока ﷺ, даёт вполне прогрессивную для своего времени оценку ислама и его ду­хов­ной ценности. Восторг и уважение вызывают образы мусульман, созданные пи­са­телем и мыслителем Л. Толстым (ум. 1910). Известно, что он был близко знаком с куль­ту­рой и нравами кавказских горцев и крымских татар, вёл переписку с египетским ре­фор­ма­тором Мухаммадом ‘Абдухом, с азербайджанским про­све­ти­те­лем Гасан-беком Зар­да­би (ум. 1907), со многими татарскими богословами-тра­ди­ци­о­на­лис­та­ми и обнов­лен­ца­ми.

Таким образом, к началу 20 века ислам уже оказывал заметное влияние на русскую ли­те­ратуру. Мусульмане активно включались в общественно-политическую жизнь стра­ны, совмещая вер­ность религиозным традициям с преданностью Отечеству. В умах российских мусульман ко­ра­ни­чес­кие идеи и заповеди получали новые истолкования и обрастали новыми смыслами, а рус­ское слово превратилось в могучее средство прославления Аллаха и Его Пророка ﷺ. Пре­одолев периоды про­ти­вос­тоя­ния и отчуждения, христиане и му­суль­мане России приблизились к понима­нию роли обеих цивилизаций в форми­ро­ва­нии рос­сийской самобытности и тем самым внес­ли огромный вклад в сложение культурной ос­но­вы совре­мен­но­го российского об­щест­ва.

Примечания

  1. Э.Р. Кулиев, 2010, с. 356.
  2. Э.Р. Кулиев, 2010, с. 357.
  3. Э.Р. Кулиев, 2010, с. 358.
  4. Э.Р. Кулиев, 2010, с. 359.

Литература

Использованная литература
  1. Э.Р. Кулиев, Коран в творчестве русских поэтов и мыслителей // Корановедение: Учебное пособие. — М. : Изд-во МИУ, 2010. — С. 355-359. (рус.; сотр.)

Информация о статье

  • Автор: Редакция сайта; E-mail: feedback@quranacademy.org.
  • Библиографическая ссылка: Русская литература [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2020 г.
  • URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/adab-ru
  • Дата первой публикации: 23 апреля 2020 г.

Сотрудничество

Академия Корана при­гла­ша­ет к сотруд­ни­чест­ву авторов статей, редакто­ров, пере­вод­чи­ков, волон­тёров и т. д. Об ус­ло­виях сотрудни­чест­ва и других интере­сую­щих Вас вопросах мо­же­те спросить в на­шем Те­ле­грам-ак­каунте.